Реклама
Проверенная снасть
Реклама
Свежий номер
Рыбачьте с нами №2 (март-апрель) 2020
В этом номере:
  • спиннинг
  • антиджиг
Смотреть дальше
Реклама
Комментарии
Anton Ivanov
Курсы кройки и шитья на https://svetlanasews.ru/product-category/kurs/
Ризотто Неро
<a href="https://vegasvullkan777.com/igrovoj-zal/"> клик </a>
Ярослав Костин
все создатели стимуляторов и игр онлайн ГЕНИИ!!! сейчас можно жить где угодно, хоть в Москве, хоть в Сибири, но в эру онлайн возможностей нам никогда не будет скучно, и мы сможем выбрать любую игру на
Реклама



Рыбачка

Просмотров: 3343
РыбачкаЯ познакомился с ней совершенно случайно, на берегу Пельского водохранилища, естественно, на рыбалке. Было раннее утро, еще не совсем рассвело, и я спешил на свое любимое место под мостом, по которому проходил автобан. Стояла такая тишина, что было слышно, как на противоположном берегу с высоких яблонь падают тяжелые плоды. Иногда из воды выплескивались большие рыбины, и после этого долго расходились круги, почти доходящие до берега. Я спустился под мост и обомлел: на моем месте сидела под навесом-зонтиком на стульчике незнакомая мне женщина, курящая папиросу, и смотрела на меня. На берегу возле воды стояли два спиннинга, а на белом песке лежал открытым незамысловатый рыбацкий сундучок. Мы поздоровались, но не познакомились (это произойдет чуть позднее). Я хотел было уже уйти, но она сказала:

— Пожалуйста, устраивайтесь рядом. Места всем хватит.

Подумав, я согласился. Встав рядом, я забросил спиннинги и сел на стул, уставившись на них. Воцарилось молчание. Рыбачка, казалось, не обращала на меня никакого внимания. Но так продолжалось недолго. Видимо, чтобы как-то сгладить неловкость, она подошла ко мне и спросила:

— Сколько времени?

Я ответил. И удивился, заметив на руке у нее часы. «А может, встали? — подумал я. — Или еще хуже, вдруг неожиданно сломались».

— Спасибо! — поблагодарила она. После этого мы разговорились. Фрау Хэнэн (так она мне представилась) живет здесь давно. Переехала сюда в начале 50-х годов из Карл-Маркс-Штадта (ныне город Хемниц). Там она жила вместе с родителями и в военное лихолетье, и в послевоенные годы. Курить она начала, когда познакомилась с советским офицером одного из воинских гарнизонов, расквартированных в оккупированной Германии. Он курил папиросы, и она, балуясь, пристрастилась к ним. С лейтенантом их знакомство зашло далеко, слишком далеко. Забеременев, девушка уехала от родителей. Приехала сюда, родила сына, да так и осталась здесь. От ее возлюбленного не осталось даже фотографии на память, а вот курить она не бросила. Я заметил, что она курит «Беломорканал».

— Все хорошо, — сказала она, — да только папиросы трудно доставать. Их нигде почти не продают. А сигареты я не курю.

Я вообще не курил, но вспомнил, что в нашем «Военторге» видел пачки этих папирос на витрине.

— А как вы назвали сына? — спросил я.

— Александр, Алекс, в честь его отца.

— И больше вы со своим любимым не виделись?

— Нет. Никогда. Я даже не пыталась его найти. Зачем? У него была семья.

— А откуда он сам?

— Говорил, что из Москвы.

Я нелестным словом отозвался о лейтенанте про себя. Но вслух ничего не сказал. Собственно, на этом наш разговор и закончился. Мы занялись рыбалкой. До вечера время пролетело как один миг. В садке у меня было пять крупных лещей и две плотвички. В общем, нормальный улов.

У фрау Хэнэн садок был пуст. Нет-нет, она подсекала лещей, но отпускала их обратно в воду, так как немцы считают эту рыбу сорной и не берут ее. А вот карпа ей, как и мне, не удалось поймать. Просто не случились эти поклевки. Через неделю я опять приехал под мост. Фрау Хэнэн сидела на том же месте с папиросой во рту и под тем же зонтиком, и казалось, что она никуда и не уходила с момента нашего прощания. Даже спиннинги, казалось, не трогались все эти семь дней. Но вдруг один из них неожиданно ожил, резко задергавшись. Однако поклевка так же быстро закончилась, как и началась. Фрау Хэнэн даже не успела подойти к своим удочкам. Зато, увидев меня, улыбнулась и подала руку:

— Доброе утро!

Ответив на приветствие, я снял со спины нетяжелый рюкзак, отыскал в нем пакет и протянул его фрау Хэнэн.

— Что это? — спросила она.

— Папиросы, — ответил я.

Фрау Хэнэн развернула пакет, посмотрела на меня, и мне показалось, что у нее в глазах появились слезы.

— О, бог мой! Сколько я вам должна? — спохватилась она.

— Нисколько, просто это мой подарок.

— Подарок?

— Да.

— Спасибо! Большое спасибо!

На устройство своих спиннингов мне хватило пяти минут. Я сел на стульчик и открыл бутылку пива. Положив пакет с папиросами на рыбацкий сундучок, фрау Хэнэн пошла перекидывать свои спиннинги. Поколдовав с удочками, она села рядом со мной и закурила. Подул легкий свежий ветерок. На воде появилась рябь. Я поежился, закрыл бутылку пива и поставил возле стульчика, на котором сидел. Поклевку мы увидели почти одновременно. На спиннинге у фрау Хэнэн поднялось провисающее на леске ярко-желтое пластмассовое кольцо. Она оставила папиросу на стульчике, подошла к спиннингу и начала медленно крутить катушку. Судя по поклевке и по поведению лески, было видно, что это не лещ и не плотва, скорее всего. Словно читая мои мысли, фрау Хэнэн тихо сказала:

— Карп.

Я взял подсак и, зайдя почти по пояс в воду, стал искать глазами попавшуюся на крючок рыбу. Странно, еще неделю назад мы рыбачили каждый отдельно, теперь же стали рыбачить вместе. Очутившись в подсаке, пойманный карп жадно дышал, раздувая жабры. Фрау Хэнэн даже умудрилась измерить его.

— Сорок один сантиметр, — cказала она, пряча в сундучок складной деревянный метр. «Брать можно», — подумал я про себя.

По немецким правилам карпа можно брать не менее 36 см в длину. Фрау Хэнэн знала об этом не хуже меня. Спустя некоторое время опять наступила тишина. Потом послышался шум подъезжающего автомобиля. Это был «Трабант». Из машины вышел приятный молодой человек с малышом на руках и направился к нам. Подойдя, опустил ребенка на землю, поздоровался.

— Это мой сын Александр, — сказала фрау Хэнэн. Малыш быстро оказался в объятиях счастливой бабушки, а Александр спросил у меня, как успехи. Я показал на садок. Он одобрительно кивнул, подошел к фрау Хэнэн, о чем-то поговорил с ней и попрощался. После отъезда Александра мы опять расселись по своим стульчикам. Фрау Хэнэн закурила, а я стал потягивать пиво из початой бутылки.

— Фрау Хэнэн, а вы давно рыбачите? — задал я вопрос, мучивший меня с первого дня нашего знакомства.
Она улыбнулась:

— Давно, сразу, как только приехала, вернее, убежала от родителей сюда из Хемница. Здесь тогда тоже недалеко стояла советская воинская часть. А рыбачить меня научил пожилой русский солдат, который постоянно приходил с удочками на место, где мы сейчас с вами рыбачим.

«Так, значит, это не мое место, оно по праву принадлежит фрау Хэнэн», — подумал я.

— Вот мы с ним и рыбачили вместе. А он, когда приходил, приносил еще и свой солдатский паек, который делил со мной, как с товарищем. Но это продолжалось недолго, — фрау Хэнэн закурила новую «беломорину», — часть расформировали, и он уехал.

— А как его звали? — спросил я.

— Его звали дядя Миша, и он откуда-то из Сибири.

Мы помолчали.

— Был у нас здесь и еще один «рыбак» из советских офицеров,- вспомнив, продолжила фрау Хэнэн. — Правда, он на озеро не приезжал, а «рыбачил», не выходя из дома. Он жил на втором этаже. Говорят, был большим командиром, но много пил. А внизу дома, в подвале, была пивная. Чтобы не спускаться каждый раз вниз, он прорубил отверстия в полу до самого подвала и опускал корзину, в которую хозяин пивной клал вино, пиво и закуски. Вот такой «рыболов», — добавила фрау Хэнэн. — Но с расформированием части, и он исчез, фамилии его я не помню. А вы откуда? — вдруг спросила она меня.

— Я из Казахстана.

— Наверное, прекрасная страна?

— Очень, — сказал я.

— Жаль, мне не судьба, видно, побывать в России, а тем более в Казахстане. А так хотелось бы. Фрау Хэнэн хотела еще что-то сказать, но не успела. Резкая поклевка случилась опять на ее спиннинге. Желтое кольцо улетело далеко в прибрежные кусты, а удилище интенсивно задергалось. Леска натянулась до предела. Фрау Хэнэн подошла к спиннингу, но не успела его взять. Леска возле катушки со звоном лопнула, и стало тихо.

— Не повезло, — сказала фрау Хэнэн.

Мы рассмеялись. На этом наша рыбалка и закончилась. В следующий выходной я не смог приехать. А еще через неделю сумел-таки выбраться, но теперь уже не было фрау Хэнэн. Мне стало грустно. Тем более что наступала осень. Под ногами на берегу появились желтые листья. Пиво я уже с собой не брал. Вместо него у меня был термос с чаем. А еще через неделю мы встретились. Было совсем уже прохладно. Фрау Хэнэн также сидела под зонтом, но теперь спасаясь не от палящего солнца, а от моросящего дождя. Она встала со стульчика и протянула руку:

— Я думала, что больше не увижу вас. Решила, что вы изменили этому водоему и выбрали другой.

Фрау Хэнэн отошла к спиннингам, поправила прищепки. Странно, но она не курила. «Наверное, папиросы кончились, надо будет не забыть спросить», — подумал я и стал распаковывать удочки. Поставив спиннинги, я сел на стульчик. Время бежало быстро, но рыбалка явно не получалась. Не было ни одной поклевки. Ни у меня, ни у фрау Хэнэн. Я достал термос, предложил чаю. Фрау Хэнэн не отказалась, подошла со своей кружкой.

— А знаете, почему не клюет? — спросила она.

— Интересно, и почему? — я заинтересованно посмотрел на нее.

— Потому что я бросила курить!

Я даже сначала не понял, что она сказала. Потом до меня дошло

— Поздравляю. Это очень мужественное решение. А я думал, у вас папиросы закончились, хотел опять привезти.

— Спасибо, наверное, уже не надо.

В этот день мы ничего не поймали. Я уехал ни с чем. Ушла без рыбы и фрау Хэнэн. Потом я долго не приезжал. До становления льда. В ноябре лед уже полностью покрыл водоем, и по нему можно было ходить без опаски. Я приехал на рыбалку и пошел к своему любимому месту. Но там было пустынно и не было видно никаких следов. Напрасно я, прорубив лунку в тонком льду, вглядывался вдаль и кого-то ждал. Фрау Хэнэн не пришла. Скорее всего, зимой она не рыбачила, как, впрочем, и многие другие немцы. Не пришла фрау Хэнэн и через неделю, и через две. Больше я ее не видел. А весной я уехал на Родину. Навсегда.
Читайте также
Сом: советы от рыболовов журнала Blinker
«Горячие» точки: атаки на бровках и ямах При квочении на озере я объезжаю углублени...
0 4464
Закуски из сельди
«Любовь — это главный стимул, который движет норвежцами в их стремлении поделиться со ...
0 2874
Золотая рыбка
Мой шеф, Мурзин Эрик Александрович, был б-а-а-льшой любитель рыбалки. По мелочам он не разменивался....
0 2493
Смотрите видео
Летом и осенью крупная рыба на Оке держится на перекатах, где ее можно очень успешно ловить удочкой впроводку на пшеницу. Это традиционный русский вариант поплавочной ловли на реках, описанный еще Л.П. Сабанеевым. Ловится практически вся мирная рыба: плотва, язь, голавль, лещ и др. Эксперт «Рыбачьте с нами» Владимир Баловнев ловит на пшеницу на Оке выше Рязани и рассказывает о всех тонкостях этой рыбалки.
0 15663
На Волге во время подъема на нерест сельдь атакует практически все, что помещается в ее немаленький рот. Поэтому ловля селедки на Волге так динамична. Отправляясь в первой половине лета на Нижнюю Волгу, стоит взять с собой легкий спиннинг и коробочку с мелкими «вертушками» и «колебалками». Результат вас приятно поразит. Примаками будут интересоваться чехонь, голавль, красноперка, язь, окунь и, конечно, шустрая сельдь. А вываживание последней легкой снастью принесет не меньшее удовольствие, чем борьба с щукой или судаком. Именно об этом наш видеосюжет.
0 13709
Подмосковная река Пахра – любимое место многих рыболовов столицы. В этом сюжете  речь пойдет о ловле местного леща.
0 10650